Он родился не для того, чтобы жить, а для того, чтобы пить. (Аврелиан об одном из своих полководцев.)
Адриан (Публий Элий Адриан)
(76—138 гг.)
император с 117 г.
Одному человеку, голова которого уже седела, он [Адриан] в чем-то отказал; когда тот, покрасив волосы, вторично обратился к нему с он ответил: «Я уже отказал в этом твоему отцу».
Когда одному из них [друзей Адриана] жена написала, что он, увлеченный удовольствиями и купаниями, не хочет к ней вернуться, – об этом через тайных агентов узнал Адриан. В ответ на его дать ему отпуск император упрекнул его за купания и удовольствия. «Неужели, – воскликнул тот, – и тебе жена написала то же, что и мне?»
Домициан (Тит Флавий Домициан)
(51—96 гг.)
император с 81 г.
Правитель, который не наказывает доносчиков, тем самым их поощряет.
Правителей, которые мало расточают наказаний, следует называть не добрыми, а удачливыми.
Нерон Клавдий Цезарь
(37—68 гг.)
император с 54 г.
Когда ему [Нерону] предложили на подпись указ о казни какого-то уголовного преступника, он воскликнул: «О если бы я не умел писать!»
Кто-то сказал в разговоре: «Когда умру, пускай земля огнем горит!» – «Нет, – прервал его Нерон, – Пока живу!»
Пришли вести, что взбунтовались и остальные войска. (…) [Нерон] бросился искать (…) опытного убийцу, чтобы от его руки принять смерть, – но никого не нашел. «Неужели нет у меня ни друга, ни недруга?» – воскликнул он.
Какой великий артист погибает! (Последние слова Нерона).
Александр Север
(208—235 гг.)
император с 222 г.
Я был всем, и все это ни к чему. (Последние слова).
Тиберий (Тиберий Клавдий Нерон)
(42 до н.э.—37 н.э.)
император с 14 г.
Оскорбление богов – дело самих богов.
Пусть ненавидят, лишь бы соглашались.
Оскорбительные о нем стишки он [Тиберий] переносил терпеливо и стойко, с гордостью заявляя, что в свободном государстве должны быть свободны и мысль, и язык.
Наместникам, которые советовали ему обременить провинции налогами, он [Тиберий] ответил, что хороший пастух стрижет овец, но не сдирает с них шкуры.
Сенат предложил назвать именем Тиберия месяц (…), тот ответил: «А что вы будете делать, если у вас будет тринадцать цезарей?»
Тит Флавий
(39—81 н.э.)
император с 79 г.
Когда однажды за обедом он [император Тит Флавий] вспомнил, что за целый день никому не сделал хорошего, то произнес (…): «Друзья мои, я потерял день!»
Флавий Клавдий Юлиан Отступник
(331—363 гг.)
римский император с 361 г., автор писем, речей и памфлетов
Чего же нам Чтобы боги послали беднякам (…) золотой дождь? Но если бы даже так и случилось, мы тотчас же послали бы своих слуг и расставили всюду сосуды, чтобы отогнать всех и нам одним захватить дары богов, предназначенные для всех.
Кто пренебрегает возможным, делая вид, что стремится к невозможному, на самом деле и не старается достигнуть одного и не выполняет другого.
Если пророки и толкователи какого-либо бога были негодными, это не мешает ему быть великим богом.
Убеждать и поучать людей надлежит не кулаками, (…) а разумными доводами.
Нумерий, недавно бывший наместником Нарбоннской провинции, был привлечен к ответственности за хищения (…). Так как обвиняемый отпирался и не удавалось ни в чем изобличить его, то Дельфидий, весьма горячий обвинитель, расстроился оттого, что доказательства оказывались недостаточными, и воскликнул: «Может ли кто-либо оказаться виновным, (…) если достаточно отрицать обвинение?» На это Юлиан немедленно дал остроумный ответ: «Может ли кто оказаться невинным, если достаточно предъявить обвинение?»
Генрик ибсен – великий норвежский поет и драматург xix века. одним из известных произведений является трёх актовая пьеса "кукольный дом". в своей работе автор поднимает социально-философский вопрос о выборе человека и его желании играть отведенную роль в жизни. в центре пьесе счастливая пара – адвокат хельмер и его жена нора. в первом акте предстаёт перед нами сильным, любящим, заботливым мужем и отцом семейства. его – весёлой, беззаботной, жизнерадостной и легкомысленной транжиркой. но всё меняется к концу третьего акта, когда вскрывается страшная правда. оказывается, что для спасения своего мужа, нора взяла в долг большую суму денег, подделав подпись отца. но автор явно симпатизирует своей героине, выставляя её любящей женой, готовой пожертвовать всем, ради спасения мужа и семьи. при прочтении этого произведения, создается впечатление, что каждый из главных героев живёт своей тайной жизнью, а видимая её часть – некая ширма, маска, за которую они удобно прячутся, и с которой манипулируют жизнями других людей. в мире ибсена люди-куклы, марионетки друг друга, и лишь при определённых условиях и обстоятельствах они от "внешнего кукловода", и показывают своё истинное "я", раскрывают свой внутренний мир, который вразрез расходятся с их ролью. так адвокат хельмер из любящего мужа, который уверял, что покажет, на что способен, если только его жене будет угрожать серьёзная опасность, превратился в трусливого эгоиста. он её в том, что она лицемерка, преступница, точно такая же, как и ее отец. что она своими руками погубила его счастье. он считает, что в её смерти нет толку, и из-за своего поступка она недостойна, воспитывать детей. но стоило ему получить расписку, как он вновь стал заботливым мужем… нора также изменилась. из маленькой легкомысленной птички, она превратилась в серьёзную сильную женщину. она видит, что ее мечты и надежды на брак не оправдались. осознаёт, что она была куклой в руках отца, а потом мужа. что она играла придуманную для неё роль, и никогда не выходила за её пределы. она никогда не была собой, настоящей и счастливой. она смеялась и веселилась, умело скрывая свое "я". генрик ибсен поднимает тему не только "людей-кукол", что играют друг другом, но и вопрос о морали и законе. что важнее в современном мире, и какие ценности приемлемы в обществе. ради чего или кого, каждый готов поступиться своими принципами. основ семьи, краеугольным каменеем которых вступает межличностные взаимоотношения , основанных на доверии. "кукольный дом" в понятии ибсена – это не только место жительства четы хельмеров, где описаны события пьесы. это весь мир, где люди играют роли, которые им придумали и навязали, и они несчастные, потому что проживают не свою жизнь, они не могут полноценно раскрыться, быть полезным и обществу, и семье, и самому себе.
Аврелиан (Луций Клавдий Домиций Аврелиан)
(214—275 гг.)
император с 270 г.
Он родился не для того, чтобы жить, а для того, чтобы пить. (Аврелиан об одном из своих полководцев.)
Адриан (Публий Элий Адриан)
(76—138 гг.)
император с 117 г.
Одному человеку, голова которого уже седела, он [Адриан] в чем-то отказал; когда тот, покрасив волосы, вторично обратился к нему с он ответил: «Я уже отказал в этом твоему отцу».
Когда одному из них [друзей Адриана] жена написала, что он, увлеченный удовольствиями и купаниями, не хочет к ней вернуться, – об этом через тайных агентов узнал Адриан. В ответ на его дать ему отпуск император упрекнул его за купания и удовольствия. «Неужели, – воскликнул тот, – и тебе жена написала то же, что и мне?»
Домициан (Тит Флавий Домициан)
(51—96 гг.)
император с 81 г.
Правитель, который не наказывает доносчиков, тем самым их поощряет.
Правителей, которые мало расточают наказаний, следует называть не добрыми, а удачливыми.
Нерон Клавдий Цезарь
(37—68 гг.)
император с 54 г.
Когда ему [Нерону] предложили на подпись указ о казни какого-то уголовного преступника, он воскликнул: «О если бы я не умел писать!»
Кто-то сказал в разговоре: «Когда умру, пускай земля огнем горит!» – «Нет, – прервал его Нерон, – Пока живу!»
Пришли вести, что взбунтовались и остальные войска. (…) [Нерон] бросился искать (…) опытного убийцу, чтобы от его руки принять смерть, – но никого не нашел. «Неужели нет у меня ни друга, ни недруга?» – воскликнул он.
Какой великий артист погибает! (Последние слова Нерона).
Александр Север
(208—235 гг.)
император с 222 г.
Я был всем, и все это ни к чему. (Последние слова).
Тиберий (Тиберий Клавдий Нерон)
(42 до н.э.—37 н.э.)
император с 14 г.
Оскорбление богов – дело самих богов.
Пусть ненавидят, лишь бы соглашались.
Оскорбительные о нем стишки он [Тиберий] переносил терпеливо и стойко, с гордостью заявляя, что в свободном государстве должны быть свободны и мысль, и язык.
Наместникам, которые советовали ему обременить провинции налогами, он [Тиберий] ответил, что хороший пастух стрижет овец, но не сдирает с них шкуры.
Сенат предложил назвать именем Тиберия месяц (…), тот ответил: «А что вы будете делать, если у вас будет тринадцать цезарей?»
Тит Флавий
(39—81 н.э.)
император с 79 г.
Когда однажды за обедом он [император Тит Флавий] вспомнил, что за целый день никому не сделал хорошего, то произнес (…): «Друзья мои, я потерял день!»
Флавий Клавдий Юлиан Отступник
(331—363 гг.)
римский император с 361 г., автор писем, речей и памфлетов
Чего же нам Чтобы боги послали беднякам (…) золотой дождь? Но если бы даже так и случилось, мы тотчас же послали бы своих слуг и расставили всюду сосуды, чтобы отогнать всех и нам одним захватить дары богов, предназначенные для всех.
Кто пренебрегает возможным, делая вид, что стремится к невозможному, на самом деле и не старается достигнуть одного и не выполняет другого.
Если пророки и толкователи какого-либо бога были негодными, это не мешает ему быть великим богом.
Убеждать и поучать людей надлежит не кулаками, (…) а разумными доводами.
Нумерий, недавно бывший наместником Нарбоннской провинции, был привлечен к ответственности за хищения (…). Так как обвиняемый отпирался и не удавалось ни в чем изобличить его, то Дельфидий, весьма горячий обвинитель, расстроился оттого, что доказательства оказывались недостаточными, и воскликнул: «Может ли кто-либо оказаться виновным, (…) если достаточно отрицать обвинение?» На это Юлиан немедленно дал остроумный ответ: «Может ли кто оказаться невинным, если достаточно предъявить обвинение?»